Меню
16+

Газета "Берёзовский рабочий"

22.09.2023 16:16 Пятница
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Михаил Калгин: «Как бы больно это ни звучало, лесу придется подвинуться»

Почему лесничие уходят в мерчендайзеры? Почему буксует проект зеленого пояса? Когда будут рубить Тропу здоровья? Сколько миллионов ущерба насчитали за лесные пожары? Где поймали черных лесорубов и что им грозит? Что делать с мусорными свалками? Когда прекратится рубка леса за заборами жителей? Эти вопросы мы задали и. о. директора ГКУ СО «Берёзовское лесничество» Михаилу Викторовичу КАЛГИНУ накануне празднования Дня работников леса, который отмечался 17 сентября.

Надежда – на династии

– Последнее время Берёзовское лесничество публикует объявления о приеме специалистов. Проблема найти кадры?

– Выпускники профильного вуза не хотят работать по специальности, то есть для людей важно получить высшее образование, диплом – и все. Те, с кем я учился, сейчас продают подержанные автомобили, открывают свой бизнес, делают клетки для собак, продают машины в автосалонах, ну как бы занимаются той деятельностью, которая приносит плоды, скажем так, здесь и сразу. То есть, вот хочу есть, открыл холодильник, там у меня мясо лежит. Достал, поел. Но удовлетворения, радости от работы нет. Знакомый мой Алексей работает мерчендайзером, я ему говорю: «Ты для этого пять лет учился, чтобы товары раскладывать на полке? Ты носитель уникальных знаний, тебя учили такие замечательные люди, профессора, светлейшие умы»…

Я на все лекции ходил, на все пары, было интересно слушать живые рассказы, получать знания не из книжек и учебников, а от опытных ученых-практиков. Сейчас другое поколение преподавателей, это уже больше теоретики. И получается, что студентам по окончании лестеха интересно работать мерчендайзерами…

– Большая надежда на династии? Предыдущий директор лесничества Александр Петров из семьи лесников, вы тоже представитель династии.

– Мой отец Виктор Николаевич всю жизнь проработал в лесничестве. Окончил лесной техникум в селе Хреновское Воронежской области. По распределению попал на Урал, некоторое время работал в Билимбаевском лесхозе. А вот его сестра, моя родная тетя Валентина Николаевна, попала в Берёзовский лесхоз. В 1975 году и папа перебрался в Берёзовский. До 2009 года работал здесь – и в дождь, и в снег… Это сейчас лесничие в лесу мало времени проводят, бумаги, отчеты, компьютеры…

– Целевым способом не пробуете учить, как это делает больница? Чтобы по окончании вуза специалист гарантированно к вам пришел работать.

– Конечно. Один пока учится, а другой уже работает, кстати, тоже из династии. Пока теряется, но опыт придет быстро.

Огненный замес

– Вы, по-моему, уходили на «большие деньги», но в июне снова вернулись – уже директором. Попали сразу в огненный замес. Как пережили пожары?

– Такое ощущение, что я сразу начал работать за пятерых. Острая ситуация была, торфяники и болота высохли, лесная подстилка, погодные условия не позволяли расслабиться. Надо отдать должное, арендаторы, специалисты Авиалесоохраны, волонтеры – все помогали. Например, на тушении пожара недалеко от поселка Кедровое (Верхнепышминский район) нам очень помогли арендаторы из Лосиного, Монетного, Берёзовского, Среднеуральска, помогали людьми и техникой. Это большая беда, здесь нужна совместная работа, они это осознают и не отказывают в помощи.

– Недавно наш губернатор сказал, что если лесоарендаторы не будут проводить противопожарные мероприятия, то их могут лишить аренды. У вас были такие прецеденты?

– В Берёзовском лесничестве все арендаторы адекватные, даже друг другу помогают. Они и леса патрулируют, и минерализованные полосы делают – претензий к ним пока нет.

– Волонтеров много было. Они реально помогали или под ногами болтались?

– Волонтеры – это хорошо, но они могут проблемой стать. Многие думают, что пришли, потушили и героями стали. Это огромная и опасная работа. Как правило, руководителю тушения пожара некогда обучать волонтеров. Он распределяет технику, предоставленную арендаторами, он принимает решение, куда тянуть рукава. Сейчас легче немного стало, у нас появился квадрокоптер с тепловизором, мы сверху видим все очаги пожаров.

На прошлой неделе лесничий Валентин Шалагин получил Благодарственное письмо от губернатора

– Сложнее всего с торфяными пожарами, они могут тлеть до зимы…

– Мне отец рассказывал. Когда еще работало Лосиновское торфопредприятие, они все силы бросали на борьбу с пожарами. Во-первых, это ресурс, который они добывали, во-вторых, все знали, во что это может вылиться – могут сгореть поселки. Тракторами, бульдозерами перемешивали горящий торф, заливали водой. Самое главное – понизить температуру горения торфа. Сейчас нет предприятия, никто эти торфяники не рекультивирует, никто за ними не следит…

– Расскажите о причинах пожаров в этом году. Кого-то поймали?

– Где-то местное население, где-то пожар пришел от соседей, например, с Адуйского полигона, где-то аварии на объектах электросетевого хозяйства – провода обрываются, короткое замыкание и всё…

– Ущерб от сгоревшего леса посчитали?

– Более 17 миллионов рублей. Материалы переданы в отделы дознания соответствующих муниципалитетов, проводится расследование, устанавливаются виновные лица. Если виновных установят, то расчет суммы ущерба будет пересчитан – в пользу увеличения. Но, кажется, вряд ли кто-то сознается, вряд ли найдут виновных…

– Сгоревшие леса будут искусственно восстанавливать, либо природа со временем сама все восстановит?

– Будем проводить лесопатологическое обследование. В зависимости от степени повреждений будут назначаться санитарные мероприятия – либо выборочные рубки различной степени интенсивности, либо сплошные. В будущем в этих местах высадим лесные культуры.

– Биологи и лесничие всегда спорят между собой. Первые утверждают, что восстановление лесов – естественный процесс, вторые уверяют, что лесу нужно помогать.

– Для северных лесов, где нет цели вырастить деловую древесину, так и есть. У нас же механизм искусственного лесовосстановления вполне отлажен. У нас два отличных питомника, в районе Красного Адуя и Дальнего Березита, мы выращиваем посадочный материал сразу для множества лесничеств.

Километровые свалки

– Помнится, в прошлом году была неприятная история, когда по питомнику гоняли квадроциклы и уничтожали посадки. Как там сейчас обстановка?

– В этом году такого безобразия нет. Мы поставили информационный стенд, теперь видно, что это питомник. Но сейчас там другая напасть: мусор. Мы стараемся патрулировать вместе с лесничим Валентином Шалагиным, но наши возможности, к сожалению, ограничены. Территория большая, считайте, один лесничий должен контролировать лес от Новоберёзовского до Белоярского водохранилища. Когда все успеть?

– Это же вы с Валентином Евгеньевичем поймали нарушителей в лесу между ЕКАДом и Новоберёзовским?

– Да, мы целую неделю практически жили там. Дежурили с одной стороны – новые свалки появлялись на противоположной. Переезжали – все наоборот. Но все же поймали с поличным! Вызвали полицию, материал составлен и передан в отдел дознания, каждого наказали штрафом по 40 тыс. рублей.

Там практически километровая свалка. Природоохранная прокуратура выходит с иском на минприроды, дальше мы надеемся получить финансирование и начнем ликвидировать свалку

В этом году лесничим удалось поймать мусорщиков, что называется, за руку

– Лесоарендаторы несут какую-то ответственность за свалки на их территории?

– В их обязанности входит ликвидация свалок. Вспомним случай с огромной свалкой в Островном. Там она находилась на участке арендованного леса. Арендатор несколько месяцев потратил, чтобы вывезти мусор на полигон.

– А как с черными лесорубами? Удалось хоть кого-то поймать?

– Из пяти незаконных рубок одна с фигурантами – в крупном размере – в районе Старопышминска. Есть подозреваемые, дознанием занимается отдел ОБЭП. Ситуация осложняется тем, что их не в лесу поймали, а на дороге, они вывозили спиленные деревья. Сложно таких поймать, у них все организованно. Один день они присматривают, на следующий день пилят, потом опять в засаду… а потом вывозят. Одному лесничему невозможно следить и за образованием свалок, и за воровством леса, и за рыбаками, которые разводят костры в пожароопасное время!

В питомнике Берёзовского лесничества ежегодно выращивают порядка миллиона сеянцев ели. Сейчас на площади в один гектар подрастают сибирские ели возрастом от одного до четырёх лет с открытой корневой системой. Самые «старшие» из них уже этой осенью будут готовы к пересадке в открытый грунт. Для этого их отсортируют, сформируют в пучки, а после отправят храниться в специальный холодильник до дня транспортировки в лес. В 2023 году посадочный материал Берёзовского лесничества был передан для посадки в Байкаловское, Туринское, Ирбитское, Камышловское, Таборинское, Невьянское, Нижнетагильское и Новолялинское лесничества Свердловской области.

Это наш лес!

Посадочным материалом могут быть не только елки

– К сожалению, такой парадокс. Люди часто кричат «Это наш лес!», понять их можно, особенно если лес за забором. Но мусор-то сам не появляется, его тоже люди приносят.

– Насчет леса за забором. Это же известные в городе истории с рубкой: Лесозаводской, Ключевск, Старопышминск… Кто-то отстоял, кто-то не успел…

– Есть проект освоения лесов, договор аренды лесных насаждений. Как правило, лесоарендатор не может не рубить там, где ему выделили. «Горячие точки» могут в любой момент появиться. Если смотреть на карту лесных кварталов, то вокруг многих поселков лес в аренде. Будет или нет рубка за заборами – сложно сказать, это зависит от множества данных. Арендаторам нужна ликвидная древесина, пригодная для последующей переработки.

– От чего зависит, сколько они возьмут этого леса – 20% или весь?

– Зависит от целевого назначения. Если леса отнесены к защитным, естественно, там предусмотрены только выборочные рубки. Могут быть санитарные сплошные, но в таком случае лес должен быть либо сухой, либо сгоревший. В эксплуатационных лесах, конечно, может быть сплошная рубка.

Акция «Сад памяти» проводится каждый год в мае

– Наша знаменитая Тропа здоровья – это не ваша территория, но вы по договору с муниципалитетом проводили лесопатологическое обследование. Что выявили? Когда будут рубить?

– Действительно, там есть и сухостойные деревья, и больные. В лесу, где такая серьезная рекреационная нагрузка, санитарные мероприятия нужны в обязательном порядке. Население часто это не понимает. Либо нет специальных знаний, либо им неправильно кто-то объяснил. Начинают протестовать, «обнимать» лес, устраивать флешмобы со свадебными платьями и пением грустных песен… Что касается Тропы здоровья, то наша задача была только выявить больные и поврежденные деревья. Рубкой будет заниматься муниципалитет.

– Последние несколько лет часто слышу, что Лесной кодекс нужно основательно менять, вернуть его обратно в 2006 год, когда, например, был не один лесничий на 30 тысяч гектаров, а минимум десять. Что вы об этом думаете?

– Ежеквартально и ежегодно мы отправляем в министерство отчетные формы, где указываем потребность в специалистах. На совещаниях озвучиваю, что у нас опасно маленький уровень зарплаты. С 2010 года работаю в лесничестве, и каждый год у нас надежды на светлое будущее. Но оно пока не наступило… Может, в связи с пожарами последних лет у нас будут какие-то реформы, посмотрим.

«По плодам их узнаешь их…»

– Проблем в лесном хозяйстве много. А есть что-то хорошее?

– Все сложности – решаемы, а сила любого предприятия – в людях! У нас отличный коллектив работает. Многие – мои воспитанники. Ребята приходят, кому интересно, кто видит свою судьбу в лесном хозяйстве – остаются, связывают свою жизнь с лесом, чувствуют свою полезность, важность, ответственность. Часто люди хотят получить какой-то результат здесь и сейчас. У нас такого нет. Плоды нашей деятельности будут видны в будущем. Без лишней скромности могу утверждать, что у нас одно из самых передовых лесничеств в области.

– А какие у вас могут быть плоды?

– Это прежде всего рациональное использование лесов. Мы руководим этим процессом. Следим, например, за лесопользователями – как они проводят рубки ухода в молодняках, рубки прочистки, прореживания, проходные и так далее. Это комплекс мероприятий, чтобы создать максимально высокопроизводительные лесные насаждения

– Короче, вырастить деловую древесину?

– Не совсем, скорее, главная цель – сформировать хорошие насаждения. Лес – это ресурс, как бы это ни звучало. Вы, например, весной садите морковь, а по осени ее убираете. Так и здесь, только процесс растянут на десятилетия. Мы ходим в лес за грибами, ягодами – это ресурс. Деревья – это тоже ресурс. Лесной кодекс, принятый в 2006 году, позволил оформлять долгосрочную аренду лесных участков. И теперь каждый арендатор заинтересован вырастить этот ресурс здоровым и пригодным для переработки. Сосна, например, если долго растет – 120-150 лет – внутри дерева развиваются стволовые гнили. Она вроде с виду крепкая, красивая, а как ресурс практически непригодна. Это как если огурец в теплице переспеет, он будет большой, желтый и невкусный…

– Решением спорных с точки зрения жителей моментов может стать создание зеленого пояса вокруг населенных пунктов Березовского городского округа. Почему этот процесс до сих пор не запущен?

– Не могу знать, мы этим точно не занимаемся. В Верхней Пышме, например, зеленый пояс создан несколько лет назад. Туда вошли как городские леса, так и гослесфондовские. Насколько я помню, инициатива исходит от общественности, а организацией занимается муниципалитет. Я могу предполагать, почему в Берёзовском так происходит. Если посмотреть на карту, где сейчас Советский – был лес. На месте Новоберёзовского тоже был лес.

– Это как в Шишкино примерно. Люди покупали дорогие участки возле леса, строили дома с перспективой «леса за забором». А потом территория расширилась, и они оказались в центре…

– Границы города расширяются, перспектива роста города – на многие десятки лет! Поэтому, как бы это больно ни звучало, лесу придется подвинуться…

На субботнике у Шиловского пруда — каждый год сотрудники Березовского лесничества убирают участок леса, принадлежащий гослесфонду

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

191