Меню
16+

Газета "Берёзовский рабочий"

08.05.2024 15:52 Среда
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Трудоднями детство пересчитано

Автор: Лилия Янчурина

Фото Сергея Стукова

Аленушка деловито прошлась по кухне, затем, округлив глаза и пожав плечами, спросила:

– Не понимаю, как ты, бабушка, живешь без микроволновки?

Вечером, проводив правнучку домой, Тамара Степановна вспомнила тот разговор, улыбнулась и окунулась мыслями в прошлое, что случается с ней не так часто. Печки в ее жизни были всегда, в деревне – большая, теплая кормилица. И в городском бараке топили печь, готовя по очереди с двумя золовками и свекровью обед из одного блюда. Электрических плиток не покупали, потому как электричества не было.

Айда на КВН!

Потом, конечно, оно появилось, и Тумановы первые на своей улице приобрели телевизор КВН-49 с линзой. Соседи сходились вечерами к ним как в кинотеатр, благо, двери в бараке не принято было запирать. Первый ряд всегда занимала тетя Маруся: сядет и спит. Толкнув в бок умаявшуюся женщину, задние зрители справлялись, мол, интересный фильм? Та кивнет и дальше сопит: увидеть что-то на крохотном черно-белом экране было проблематично. А достался телевизор, конечно, «по блату»: Тамара отработала в торговле, в магазине на Эльмаше, четыре года.

Угощать тогда гостей было нечем, разве что натрешь редьку и подашь с квасом. Главное, все веселились и шутили. Холодильник тоже появился уже в квартире, а в половине деревянного дома, где Тамара со временем поселится с мужем, под сенками выкопали яму, там и хранили еду – овощи с огорода. Главное, было что положить и взять. Не как в войну…

Фото Сергея Стукова

Коза-спасительница

Глазырины в деревне Караболка, что в Каслинском районе Челябинской области, считались зажиточными. Самостоятельные и трудолюбивые люди и скотину держали, и дом поставили большой, добротный, «под железом». Он и подвел хозяев под раскулачивание. Чтобы избежать репрессий, предупрежденные накануне Глазырины – взрослые и дети, все бросив, спешно уехали и оказались в итоге в Дегтярске. Когда началась Великая Отечественная, Степан Игнатьевич Глазырин решил, что на селе выжить будет легче, чем в городе. На ум приходили только родные места: может, уже забыли про них, простили, вдруг и пятистенок фамильный сохранился? И повез он жену Прасковью Егоровну и дочь Тому в Караболку.

Увы, дом был занят под садик и ясли. Глазыриных на первых порах пустили в здание правления колхоза, а потом они стали снимать полупустые избы, владельцы которых позволяли пользоваться и огородом. Народу становилось в деревне все меньше и меньше: повестки в военкомат приходили регулярно, как и похоронки. В 1943 году забрали на войну и Степана Игнатьевича, у которого до этой поры имелась бронь из-за плохого слуха. Единственное письмо от него пришло из Егоршино: сообщал, что новобранцев одели и обули во все теплое, что ждут отправки на фронт. Больше вестей никаких не было. И сегодня Тамара Степановна, долго искавшая следы родителя, считает, что разбомбили тогда эшелон по дороге на передовую. Отец, будто чувствуя, что его маленькой семье выпадут большие испытания голодом, в соседнем поселении купил козу: «С молочком и картошечкой не пропадете». Под конец войны в колхозе останутся лишь двое мужчин: председатель хозяйства и одноглазый конюх, который вечно в сапогах, шапке и телогрейке казался Томе очень старым. Это теперь, в свои 92 года, она понимает, что дядька был средних лет, только заезженный жизнью.

Увлечение хозяйки

Фото Сергея Стукова
Фото Сергея Стукова
Фото Сергея Стукова

Жила-была девочка

Мама, как перебрались в Караболку, устроилась в правление уборщицей. Впрочем, всех взрослых часто снимали с основной работы: где был прорыв, туда и направляли – с утра «наряжали», то есть наряды выдавали. Тамара ходила в местную школу-четырехлетку, после ее окончания отправилась учиться в Касли, но уже после первой четверти уроки пришлось забросить: в городе родители сняли для дочки жилье, а платить оказалось накладно.

Однако скучать Тамаре не довелось: с 12 лет все дети работали бок о бок со взрослыми – летом в поле на прополке, осенью волокуши возили на лошадях. Тамара Степановна тут подумала, что ни правнучка Аленка, ни ее сестра Настя явно не знают, что такое волокуши. А без этих приспособлений не обходились на заготовке сена и соломы. Подростки с худыми руками и спинами сено нагребали на волокуши, а матери метали стога. Когда зерно убирали, ребята крутили веялку или лопатили хлеб, чтобы он не сгорел.

Зима проходила в коровнике и свинарнике. К буренкам и здоровенным, но худосочным хавроньям детей не подпускали, им поручали кормить-поить телят, навоз убрать, помещения чистить. Иногда «коровницы» не успевали свою работу переделать, и сразу звали на помощь девчонок. Денег в колхозе не платили, а ставили палочки-трудодни. Семьям, набравшим их более других, выдавали мясо. «Палочками» в журнале рассчитывались и с детворой. Этих трудодней с лихвой хватило Тамаре Степановне, чтобы получить звание труженика тыла и немало юбилейных медалей.

Победу ждали четыре года, а пришла – растерялись, не веря, что все самое ужасное позади. Тома всегда любила май: 19 числа у нее день рождения, и он совпадает с Днем рождения пионерии. А теперь в ее жизни появилась еще более счастливая дата – 9 мая. Добрую весть услышала из черной радиотарелки, но в памяти детали не сохранились – только захлестывающее чувство радости.

Горит костер памяти

Медицине отдано почти 30 лет

В деревнях, как известно, и после войны паспорта жители не имели. Тамара, поставив цель заполучить заветный документ, дождалась 16-летия и пожаловала к родственникам в Дегтярск. Прасковья Егоровна тогда же переехала в Свердловск и вышла замуж за парня из своей деревни, устроившегося на железную дорогу. Перебралась к ним в комнату в бараке, что на Сортировке, и Тома. Отчим был не слишком рад этому и пытался падчерицу уже в 16 лет выдать замуж. Нашелся и жених. Чтобы отвадить его от дома, Тамара ела за столом демонстративно много и все подряд, пусть кавалер думает: такую обжору не прокормить. Сработало! И все же в 17 с половиной лет она стала невестой Василия Туманова, парня с завода, выпускавшего продукцию для «железки». С замужеством Тамаре не слишком повезло: в 1963-м, в 32 года она овдовела, но с Василием Ивановичем они родили дочерей Любу и Наталью. Красавицы обе, говорит и сама смеется: «Хороша дочанушка, хвалит мать да бабушка».

Пройдет время, и девушки с разницей в несколько месяцев выйдут замуж за двух друзей из Берёзовского. Трое внуков и трое правнуков Тамары Степановны тоже станут березовчанами – бизнесменом, бухгалтером, педагогом, водителем. А сама она переедет поближе к детям в 1992 году.

Поначалу город ей не понравился: грязный, неухоженный, кругом мусор. Революцию, она уверена, совершил ставший мэром Вячеслав Брозовский. Она так его полюбила, что однажды, встретившись на улице, стала благодарить за старания и попросила: «Можно я до вас дотронусь?». Градоначальник засмущался: мол, не я один работаю, у меня команда, жители поддерживают.

Тамара Туманова уважает тех, кто умеет трудиться: у самой стаж 41 год. Приехав после войны в Свердловск, она устроилась в швейную мастерскую на Сортировке. В первые месяцы доверяли лишь кромки и нитки обрезать, складывать продукцию, а потом Тамара освоила машинку и стала шить кальсоны, гимнастерки, форму для учащихся ФЗО, платья. Во дворе, рядом с мастерскими, сапожной и швейной, была танцплощадка. Сначала девчонки шли на танцы, а уже потом на третью смену в цех.

Тамара Степановна на фото в центре

Уже будучи замужем, окончила вечернюю школу, получив аттестат о семилетнем образовании, затем выучилась на медсестру, получила специальное среднее образование: все же тяга к знаниям оказалась сильнее жизненных обстоятельств. Что и говорить, училась и трудилась одновременно, на ней были дом и дети. Полтора года отработала в поликлинике, а потом ее пригласили на Изоплит, где открыли детский санаторий. В неврологическом отделении 27 лет обихаживала тяжело больных детишек, делала им массаж и занималась с ними лечебной физкультурой. Портрет передовика Тумановой до сих пор висит в фойе санатория!

Тамара Степановна и себе может сделать массаж, позитивная по своей натуре, она не жалуется на здоровье: «Все нормально для моих лет, хоть и жизнь прожила, и поле перешла, и ковидом переболела. А жить мы, не в срок повзрослевшие, не по годам умные и стойкие, всяко умеем, даже в лихие девяностые никогда денег не занимала: когда кашку варила, когда свою лапшу нарезала, лишь бы в долгу не быть. Хорошо, что в молодости спортом занималась, тоже для здоровья пригодилось». А еще она в свои активные годы успела побывать на море, в Чехословакии, Венгрии.

Сегодня лучшее лекарство для Тамары Степановны – постоянное внимание семьи. Живет в пятиэтажке на Красных Героев одна, ходит своими ногами, готовит, смотрит сериалы про любовь, вяжет варежки и тапочки: Бога нечего гневить. В доме уютно и красиво: освоила вышивку атласными лентами, прежде делала из них к каждому наряду украшение-брошку, а теперь цветы соединяет в картины. Одну из них недавно выпросила Аленушка. Сегодня ей 12 лет – столько же, сколько прабабушке было в 43-м. Годы войны не гаснут как пионерские костры. «Кстати, о пионерии, – подумала Тамара Степановна. – 19 мая отмечу 93 года, может, правда, попросить на именины микроволновку? Жизнь ведь продолжается!».

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

12