Меню
16+

Газета "Берёзовский рабочий"

23.03.2017 16:06 Четверг
Категории (2):
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 8 от 08.02.2017 г.

"БЕЗ СТУКА". ОТКРОВЕННОЕ ИНТЕРВЬЮ. Лёд и пламя Везиевых

Автор: Ксения ТИМИНА, Сергей СТУКОВ

Лед и пламя – две стихии, которые присутствуют в их жизни с самого момента знакомства. Сильные стихии, с которыми каждый из них то борется, то мирится, то наслаждается ими. Горячие темпераменты не сжигают их, а греют друг друга. Сохранять голову холодной от них требует профессия. Так они и нашли свой баланс: и в профессии, и друг в друге.

Сегодня в рубрике «Без стука» читайте интервью впервые не с одним героем, а сразу с двумя: с начальником и инспектором 62 пожарной части 1 отряда ФПС по Свердловской области, по совместительству мужем и женой – Зауром и Ириной Везиевыми.

Спасатель никогда не ведет учет спасенным жизням

– В вашей работе приходится сталкиваться как со спасением, так и со смертью… Как реагировали в начале своей службы на такие вещи? Становитесь ли вы, как врачи, в определенной степени циниками? Либо каждый раз переживаете? И расскажите случай спасения, который запомнится на всю жизнь.

Заур: Последние годы я уже практически не принимаю участия в тушении пожаров. Но за 18 лет практики было многое. Любой уважающий себя спасатель, пожарный это или хирург, никогда не ведет учет спасенным людям. Это его каждодневная работа. Спас – молодец. Не смог – значит, были трудности, камни преткновения. Хвастаться не буду, но я награжден правительственными наградами: медалями «За отвагу», «За спасение погибающих», «За ликвидацию ЧС». Но самая дорогая для меня – «За отвагу». Этот пожар я хорошо помню. Дело было в Екатеринбурге зимой 2008 года. Мы спасали женщину с одиннадцатилетним ребенком. На момент прибытия картина была следующей: горела трехкомнатная квартира на 11 этаже. Женщина с ребенком уже находились на балконе, а пламя было таким сильным, что уже перехлестывало на 12 этаж. Женщина стояла таким образом, что закрывала дочь своим телом. На улице мороз, минус тридцать. В наших резиновых сапогах было проблематично лезть по пожарной лестнице. Со своим командиром Антроповым мы сняли сапоги и в шерстяных носках поднялись. Я выбрался на балкон. Не забуду свой пожарный шлем, который весь оплавился, когда спиной закрывал женщину, так как у нее спина была уже в сильных ожогах. Сначала передал ребенка Антропову, потом перевели на пожарную лестницу женщину. И уже когда все спустились и передавали их в карету скорой помощи, оказалось, что она на девятом месяце беременности. Вдвойне было приятно, что в итоге мы спасли трех человек.
Она благополучно родила и, выписавшись из больницы, приехала со всем семейством к нам в подразделение, нашла нашу смену. Они поблагодарили, привезли чай с тортом. А через месяц нас позвали в гости на кашу. Мы купили кучу подгузников. Смеялись тогда, что никто из нас не понимал, какие подгузники покупать.

- Заур, страшно было? Как мозг реагирует в экстремальных условиях? Это работа по инструкции или импровизация?

Заур: Когда я выпустился из института, у нас было два направления: либо идти в отдел госпожнадзора, либо в пожаротушение. Мне точно никогда не хотелось заниматься бумажной волокитой. Я человек такой, что мне нужно постоянно двигаться, что-то делать. Нужен адреналин. Даже Ирина иногда ворчит: почему ты не можешь спокойно в выходной посидеть дома? А мне от выходного надо только одно – выспаться и … вперед!

Ирина: А мне надо привлечь к обязанностям…

Заур: Я не усидчивый. Наверное, поэтому и выбрал пожаротушение. Адреналин.

- Ирина, Заур, в вашей работе много ограничений?

Ирина: Много. Например, в прошлом году мы не смогли съездить за границу и поехали в Анапу. Нам было это рекомендовано на почве обостренных отношений с Турцией, США и так далее…

Заур: Учитывая, что мы несем государеву службу, вынуждены придерживаться тех приоритетов, которые нам трактуют сверху. Но, если честно, за те деньги, которые мы потратили в Анапе, мы могли бы в Штаты, наверное, съездить. Я бы с удовольствием съездил в Чехию, Германию, Финляндию…

- Заур, вы слывете человеком откровенным. Насколько мне известно, вы можете и власть критиковать публично.

Заур: Я прямолинеен и категоричен только в тех случаях, если это касается правового нарушения. Если кто-то себе придумал легкий путь, я всегда говорю, почему вы пытаетесь обойти закон слева или справа? В законе написано так – значит, действуем по закону.

- Вы сами никогда закон не нарушали?

Заур: Нарушал ПДД. Много раз.

- Ирина?

Ирина: Я тоже только ПДД (улыбается).

- Ну, может, хоть елочку в лесу незаконно под Новый год?

Ирина: Ни за что! И не из-за закона. Зачем рубить живое? Да и пожароопасно, кстати!

Заур: Последний раз настоящую ёлку на Новый год ставили в родительском доме, когда мне было лет десять.

Почему женщина начинает любить хоккей

- А увлечение хоккеем тоже для адреналина?

Заур: С хоккеем другая немножко история. Честно говоря, я был удивлен, что при таком разнообразии видов спорта в Берёзовском, на то время не было секции хоккея. Изначально я с этим вопросом вышел на Фарита Минниахметовича Набиуллина. Потом познакомился на торфяных пожарах с Вячеславом Брозовским. Вынесли мой вопрос на один из Советов директоров. Сказали, что выступишь, и поставили в повестку мой вопрос в разделе разное. Подготовился, у меня до сих пор даже где-то текст с выступлением подшит. Услышал в свой адрес, что многие предприятия уже несут спонсорскую нагрузку по различным видам спорта. Но Брозовский с Набиуллиным сказали: «Давай попробуем как пилотный проект в течение года, посмотрим, что получится». После этого я пришел к Алексею Братчикову, который на тот момент возглавлял управление образования. Попросил собрать руководителей школ. Алексей Вячеславович собрал всех в 9 школе. Я выступил и назначил, по-моему, дней через десять собрание родителей с детьми – тех, кого заинтересует секция хоккея. Пришло, как сейчас помню, около ста человек. Я был тогда сильно удивлен. Все нюансы рассказал, объяснил, что данный вид спорта недешевый. Первый раз на лед вышли 39 человек: без формы, кто в чем. Но это уже был своеобразный рекорд. Дальше кто-то втянулся, кто-то понял, что это не его. А на сегодняшний день результаты вы знаете. Почему я занимаюсь с детьми? Я радуюсь их победам, вижу, как у них горят глаза. И понимаю, что делаю правильное дело.

- Кто-то из тех первых сейчас играет в хоккей на высоком уровне?

Заур: 9 человек из «Брозекса» сейчас играют в топах. Это «Автомобилист», например.

- Ирина, вам нравится хоккей?

Ирина: Ну… я решила его полюбить. Потому что это дает возможность съездить куда-нибудь за границу, например, на чемпионат мира по хоккею. Я делаю вид, что очень хочу попасть на чемпионат. Как правило, они происходят где-нибудь в Европе… Естественно, я составляю мужу компанию. И обычно на февральские праздники я дарю ему билеты на чемпионат.

- Вы больше любите европейские страны?

Ирина: Заур любит больше европейские. А мне все же нужно море!

Заур: Объясню почему. Я не могу на море одного – целый день лежать, как в обмороке, как курица-гриль жариться. Для меня – сходить искупаться, немного поплавать можно… А потом нужно куда-то двигаться, на рыбалку в море, например.

- А Ирина любит повялиться…

Ирина: На самом деле я тоже не очень люблю… Да и у меня это особо и не получается. У меня двое маленьких детей. Заур Умарович больше всё же посвящен себе. А я посвящена полностью детям. Но море я обожаю. Место, где оно есть, меня подзаряжает.

- Дети тоже уже с клюшками?

Ирина: Старший – да. А младший ходит на ОФП хоккейное. Старший у нас уже в 3,5 года начал кататься, а младшего почему-то Заур не выводит на лед.

Заур: На следующий год. Знаете, здесь надо поймать волну. Если сейчас его отдать и что-то не получится, то может перегореть. Старший почему в русло попал? Он начал с моими воспитанниками ездить на сборы, и его это затянуло.

- За девочкой пойдете?

Ирина: Я надеюсь сходить. Потому что мальчики – это мальчики. А девочки… это гораздо ценнее в хозяйстве (улыбается).

- Либо будет девочка – хоккеист!

Ирина: Нет, только не это!

Заур: Вообще классно!

Негрозный Заур и пылающая Ирина

- Где и когда вы познакомились?

Ирина: Мы познакомились в 2009 году. Меня каким-то невероятным образом занесло в пожарную охрану…

- Где до этого работали?

Ирина: До этого у меня был свой бизнес. В 2009 году стало плохо с деньгами. Но мне удалось удачно продать свое рекламное агентство. Кроме бизнеса, я была инструктором по фитнесу. Жила тогда около кинотеатра «Стрела». Решила хоть как-то зарабатывать копеечку: сняла небольшой зал и начала вести аэробику. Один раз на занятия пришла моя давняя школьная знакомая. Разговорились. Я поделилась с ней о возникших финансовых трудностях. Она в то время работала в пожарной охране. Сказала, что платят мало, но стабильно. На следующий день она мне позвонила, пригласила на собеседование. В итоге меня пригласили на должность инспектора по боевой и физической подготовке. Это было интересное начало моей карьеры в МЧС. Я принимала зачеты у пожарных, проводила различные кроссы, занятия.

- У Заура принимала зачет?

Ирина: Нет.

- Автоматом, наверное, ставила?

Ирина: Нет-нет. Я работала в 16-м отряде на ул. Софьи Ковалевской, а Заур – в учебном центре. После реорганизаций Заура позвали на должность начальника пожарной части. И вот однажды он зашел к нам в кабинет… А у меня кабинет, знаете, какой был: когда заходишь – большая площадь, а я как бы в закутке сидела. Меня не всегда было видно, а я всё и всех видела. Увидела его раз, увидела два. И всё – поняла, что это тот самый.

- Он внимание обращал?

Ирина: Какое-то время он вообще не смотрел в мою сторону. Я бы даже сказала, что очень холодно ко мне относился. Меня это очень озадачивало – ведь почти все пылали чувствами ко мне, а Заур был очень строг. И в какой-то момент я пришла в себя, очухалась, сняла пелену с глаз и решила – всё: нет – значит нет. И, как это нередко бывает, именно в этот момент Заур понял, что не сможет без меня жить.

- Как он предложение делал?

Ирина: Никак не делал. У нормальных людей сначала колено, предложение, пожили, родили первого, второго. У нас всё с конца: родился первый ребенок, родился второй, зарегистрировались, и скоро, видимо, будет обручальное кольцо…

- Он ревнивый, восточная кровь бурлит?

Ирина: Ревнивый.

- Ограничивает как-то?

Ирина: Да нет, кстати… мы уже взрослые люди, мать и отец двоих детей.

- А ты, Ирина, ревнуешь?

Заур: Конечно!

Ирина: Нет. Я больше не ревную. Тогда, когда пылала сильно, очень ревновала. Потом перестала.

Заур: То есть могу гулять?

Ирина: Ну уж нет. Это не означает, что можешь… Просто я не ревную.

Заур: Не любит она меня…

Ирина: Как это не любит? Конечно, любит!

- А колечки обручальные почему-то не носите…

Ирина: Как-то так получилось, что все произошло без колечек, без торжественных мероприятий. И вот в принципе уже можно колечко обручальное подарить...

- До сих пор не чешется, да?

Ирина: Нет.

- Может, через газету как-то повлиять? В материале с интервью сделаем рекламный модуль ювелирного магазина с купоном и скидкой.

Ирина: Хотя… Мне же тоже удобно без колечка, в принципе (улыбается).

Заур: Честно скажу, что это не из разряда «хочу – не хочу». Я не любитель всяческого рода украшений, не люблю «блестяшки». Я даже цепочку ношу только по одной причине, что мне подарила ее мама. Я лучше надену хорошие часы.

- Часы, кстати, у вас дорогие?

Заур: Нет.

Ирина: Ну и не дешевые, я бы сказала. Можно было бы немножко и сэкономить ...

В спорте не важна национальность – здесь все равны

- Родители у вас в Чечне живут?

Заур: Родители живут здесь, но в Грозном бываю часто, так как у меня вся родня по линии отца там проживает. Родился в Ставрополье, но много прожил в Карачаево-Черкессии.

- По национальности?

Заур: Чеченец.

Ирина: А я родилась на Украине.

- Давайте о военных, политических конфликтах поговорим. Общаетесь в семье на эту тему?

Ирина: На самом деле мы не разговариваем об этом.

Заур: Любая война – это негатив и отмывание денег. И я не люблю людей, которые начинают розни на национальной почве.

- Часто встречались в жизни такие люди?

Заур: До 18 лет, до поступления в институт, когда была первая чеченская кампания, встречал довольно часто. Мне было 14 лет, и были моменты, когда меня подкалывали: «Ах ты чеченец, нерусь...». Но я был так воспитан, что долго не разговаривал… Я сразу…

- В табло?

Заур: Ну… примерно так. Я органически не переваривал 90-е годы. Пережил эти годы благодаря тому, что был привязан к спорту и учебе, поэтому нигде не шатался.

- На тонированной девятке не ездил, что ли?

Ирина: На двенашке! Она была круче!

Заур: Я часто возвращался с тренировки в вечернее время по маршруту от остановки Кондукторской до Сулимова. Молодой, ростом небольшой, но с клюшкой. Не раз на меня обращали внимание «крутые парни»: «Слышь, пацан, по каким понятиям живешь?». Я сразу – клюшкой. Вот мои понятия. У меня до сих пор это в голове осталось. Знаете, самое интересное, что в школе этого негатива не было. А на хоккее об этом речь вообще не заходила – в спорте не важна национальность, в спорте все равны. Что касается друзей, с кем общался и учился… никогда не было разделения по национальностям, не обзывали, не оскорбляли. Если только в шутку. Вот до сих пор у меня погоняло от старых друзей осталось – Зарумян.

Любой обязан знать свой национальный танец

- Что сейчас в Чечне происходит?

Заур: В пределах ста километров от Грозного застроены практически идеально все населенные пункты. Новые коммуникации, новые дороги. Застройки поселков, городов – в однотипных, но качественных проектах.

- Это все благодаря Кадырову? Он авторитет для вас?

Заур: Как глава республики, конечно, он авторитетный человек.

- Ирина, Заур часто о политике говорит?

Ирина: Он очень любит долго и развернуто…

- Вы с ним всегда соглашаетесь?

Ирина: Да. Я всегда стараюсь внимательно выслушать.

- А вообще его характер кавказский проявляется в жизни?

Ирина: Очень-очень редко. На самом деле, я более вспыльчива и несдержанна. Заур умеет держать себя в руках. Характер у него не безудержный: кровь бурлит, но у человека высокое самосознание.

- В Грозный не было желания уехать жить?

Заур: Честно сказать, это, наверное, придет, но с возрастом. Сейчас смотрю на родителей. Говорят, что надо быть поближе к родне. Ничего уже здесь их не держит: они пенсионеры, дети выросли. Единственное, чего бы мне хотелось, это чаще туда ездить, Не жить, а встречаться с родственниками. Я в сентябре ездил на свадьбу к младшему брату. Арсен уехал жить туда два года назад. В один прекрасный день сказал отцу, что хочет добиться всего сам: начать работать, жениться на чеченке. Уехал. Причем жил не у родственников, а самостоятельно снимал квартиру. На сегодняшний день добился немалого: хорошая должность, достойная заработная плата. Женился, как и планировал, на чеченке, зовут её Мадина.

- Восточных традиций придерживаетесь?

Заур: Сейчас многое из традиционного упразднилось. Например, раньше свадьбы проходили жестко по всем канонам: например, жених и жена на свадьбе всегда сидели отдельно… Безусловно, остались традиции, которых придерживаются и сегодня. Присутствует ротация по возрасту. Например, старшие всегда сидят вместе, молодежь – отдельно. На свадьбе нет алкоголя. И вообще в принципе сегодня ни в одном магазине в Чечне нет спиртного, даже пива.

- Где пьют?

Заур: Все, кто хочет выпить, едут в Кабардино-Балкарию, Дагестан. Но присутствуют домашние вина.

- А лезгинку, Заур, умеете танцевать?

Заур: Танцую. Я считаю, что любой гражданин, не важно, кавказских кровей русских или еврейских, должен и обязан знать свой национальный танец.

- Ирина, а ты гопака танцуешь?

Ирина: Нет. Я на украинском пою!

Заур: Сейчас столько разновидностей лезгинок. У армян лезгинка одна, у грузин – другая, азербайджанцы вообще по-своему танцуют… Я не нахваливаю, но считаю, что самую эффектную лезгинку танцуют в Дагестане, Кабардино-Балкарии, Чечне, Карачаево-Черкессии. Резкость, красота!

- Кстати, Заур, твои родители воспринимают Ирину?

Заур: Изначально, честно скажу, не совсем. Мне говорили, что лучше жениться на девушке с Кавказа. Я упирался, доходило до скандалов. Ну а потом все уладилось. Сейчас дети растут, сейчас всё хорошо.

- А детям имена подбирали без скандалов?

Ирина: Были небольшие трения… Я настаивала на тех именах, которые будут созвучны с отчеством, но которые будут легко восприниматься, здесь, где сейчас мы живем. В итоге – Артур Заурович и Тимур Заурович.

- В чем секрет семейного счастья?

Заур: Самое главное, чтобы все были здоровы. Радоваться жизни и тому, что у нас есть. Главное – наши дети. Мы видим, как они растут, как наши родители радуются внукам. Это и есть счастье. У нас с Ириной тоже всегда есть понимание друг друга. Мы всегда стараемся минимизировать конфликты, выслушать друг друга.

Ирина: Секрет простой: не мешать друг другу жить, не напрягать и принять друг друга такими, какие есть.

- Казалось бы, так просто звучит…

Ирина: Но к этому нужно прийти.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

102