Меню
16+

Газета "Берёзовский рабочий"

28.12.2021 16:29 Вторник
Категории (2):
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Лариса Запара: Вся жизнь – кружева, и плетем мы их сами.

Автор: Лилия Янчурина
Корреспондент

«Лариса весь урок теребила в руке тряпку, с ненавистью глядя на швейную машинку. Строчка из-под иглы по обыкновению выползала кривой – как само настроение беспросветно скучающей девчонки. «Мама без ума от своей вышивки ришелье, тетя вяжет крючком. И в кого я такая безрукая?» – злилась она на себя».

А пару лет спустя в ателье на Красных Героев учитель урока труда школы № 33 узнает в швее свою ученицу Ларису Григорченко и тихо удивится: надо же, как жизнь перелицовывает человека, меняя фасон его судьбы…

Уроки кройки и шитья

Из тюменской деревни родители уехали на Урал в поисках лучшей доли: у Геннадия Нестеровича и Галины Ивановны тогда росли двое ребятишек, и надо было думать об их будущем. В Свердловске и на Шарташе жили родственники, так Григорченко стали березовчанами. Пришло время, и Лариса со школьным аттестатом отправилась поступать в горно-металлургический техникум имени Ползунова , мечтая быть маркшейдером: эта профессия, казалось, идеально подходила к ее беспокойному характеру – романтика, шахты, штольни, метро… Не добрав полбалла, не раскисла, сдала документы в завод-техникум на специальность «технолог по обработке металла резанием». И она станет технологом, устроится на Уральский оптико-механический завод, потом инженером на БРМЗ, выпускающий трубоукладчики, гидроцилиндры для дорожно-строительной техники.

Мужские профессии и коллективы, техника безопасности и сертификация продукции – Лариса Геннадьевна чувствовала себя во всем этом комфортно, как дама в мехах. Может, потому, что все эти годы вела параллельно совсем иную жизнь? Не шпионскую, конечно, но полярную заводскому шуму-гаму. Дело в том, что училась, будучи студенткой, на вечернем отделении, а днем работала в швейном ателье. Как же ниточка из клубочка привязала ее к когда-то ненавистной машинке?

– Одежду в магазинах купить было невозможно, а красиво одеться хотелось. Скроить и прострочить юбку, чтобы говорили: «Это ты сама сотворила?», я категорически не могла. Надо было сшить так чисто, чтобы все подумали: «Ого, фабричная». Тогда хендмейд не был в чести. В ателье на Красных Героев обучили пооперационному пошиву верхней одежды, брюки, платья тоже быстро освоила, потом посадили на мелкий ремонт: воротник переделать, юбку подшить. Было ужасно интересно, потому старательно впитывала секреты как губка, – вспоминает Лариса.

Три года прошли не зазря: когда она собралась «на севера» и потребовался теплый гардероб, заглянула в магазин «Урал», на вешалке висело добротное пальто с меховым воротником, но только 62 размера. Купила, распорола, перешила и в обновке отправилась на край земли.

Старый Уренгой – новые друзья

Однажды старший инженер по технике безопасности Берёзовского ремонтно-механического завода Лариса Григорченко взяла в руки журнал «Охрана труда», и ее глаза прилипли к напечатанной в номере карте Тюменской области. Не заметила, как стала выбирать города, словно собиралась туда в путешествие: Нефтеюганск – неблагозвучное название, Нижневартовск – не лучше, в Сургут все едут валом, а вот Уренгой звучит поэтично, в то же время твердо и уверенно. Не знала, не ведала, что с ненецкого название переводится как гиблое место.

Какая муха ее укусила тогда, не ясно, но она легко распрощалась с уютным кабинетом, в котором сидела в туфлях на каблучках, благоустроенную родительскую квартиру, взяла «дипломат» и полетела с ним на разведку. В аэропорту попросила билет до Уренгоя. Кассир уточнила: «Вам до Нового или Старого?». Выбрала второй вариант.

Поутру, выйдя из гостиницы, увидела вездеходы и огромных собак, узнала у прохожих, где головное предприятие. Собеседование в нефтегазовой разведочной экспедиции «Уренгойнефтегазгеологии» проходило несколько часов, наконец, сообщили: хотели на эту должность взять отставного военного, но вы нам подходите лучше.

И все же это был не бездумный порыв: вспомните восьмидесятые годы – тогда героями молодежи оказались те, кто строил олимпийскую Москву, БАМ, газопровод «Уренгой-Помары-Ужгород». Все ехали «за туманом и за запахом тайги».

– Мне хотелось самостоятельности, и я получила ее сполна. В поселке жили люди со всей страны, их средний возраст составлял 30 лет, было весело. Никто не печалился, что до зарплаты осталось три рубля. Если привозили апельсины, значит, они были в каждом доме. Ездили на охоту, летали на вертолетах, катались на вездеходах по бескрайним снегам. Там я встретила свою первую любовь, и розы сохли в хрустальной вазе. Не жалею, что такой узел завязался в моей биографии: вряд ли в другом месте сделала бы профессиональную карьеру и закалила характер.

А еще она отточила свое портняжное мастерство, благо, однажды в поселок привезли пять ножных швейных машинок «Подольск», одну из них Ларисе подарил муж. Сначала для себя шила, но подружки быстро смекнули, откуда обновки.

Она отработает в Уренгое 13 лет и семь месяцев, а уедет из него на Большую землю уже с дочкой Юлей-первоклассницей в 1994-м из-за грянувшей реорганизации с сокращениями и задержкой зарплаты. Но не домой, а еще на 14 лет в Тобольск.

Руно на изгородь бросала

На новом месте устроилась начальником участка деревообработки. Березу от осины Лариса Геннадьевна могла отличить, но ведь там росли леса кедровые и сосновые. И вообще обработки металла и дерева как-то не роднились, пришлось осваивать дело с нуля, как и «фермерство»: купила под Тобольском дом, сажала картошку и выкапывала ее по 140 ведер. Завела живность, своих овец стригла высококлассно, руно бросала на изгородь, и оно не разваливалось, а висело как шаль. Соседка-удмуртка научила прясть. Потом Лариса приобретет электрическую прялку, да скоро забросит ее: не такая нить по качеству выходила. А нитки нужны были для вязания: вышедшую в 50 лет с должности снабженца на пенсию Ларису Запара окончательно обуяла жажда вязания.

Когда-то освоила шапочки и шарфики, увлеклась ими, потом поняла: примитивное занятие, к тому же все кругом вяжут. Чтобы жизнь не казалась медом, надумала найти нечто креативное и эксклюзивное. В журналах мод наткнулась на ирландское кружево. Ахнула, взглянув на царственную красоту, полюбила ее, вдохновилась и самостоятельно по книжкам одолела технику вязания крючком. Одарив всех родных платьями, кофтами, жилетами и майками, решилась выставить свои изделия на суд покупателей: собрала образцы и приехала в 2009 году на православную выставку в Екатеринбург. Из недешевых 20 изделий половину купили в считаные дни. Секрет был прост: ирландского кружева не представил тогда никто. Это был успех, признание и осознание того, что, заняв пустующую нишу, она выбрала верный творческий путь. Крючок дает малые формы, из которых складываются узоры, цветы и листья. Почувствовала: она будет исключительным автором, еще и заработает на своей мечте.

Потом международные и российские выставки-ярмарки народных художественных промыслов и арт-салоны пошли одни за другими – «Сокровища Севера», «Православная Русь», «Ладья», «Жар-птица», «Мир увлеченных», «Петербургская зеленая неделя». Она колесила по всей стране: Нижний Новгород, Ростов-на-Дону, Новосибирск, Москва, Казань, Красноярск, побывала со своими работами в Финляндии, Германии как член межрегиональной организации мастеров декоративно-прикладного искусства «Палата ремесел» Санкт-Петербурга.

Сразу после бенефиса нужно было обозначить себя официально, так появилась «Студия Ларисы Запара». Под этим брендом творит и по сию пору. А вскоре студия одного художника стала коллективом: объемы росли вместе со спросом, и Лариса уже не справлялась с ними: на создание одной вещи уходит не менее 20 дней, а нужно еще закупить материал, продать товар. Стала искать мастериц в Тобольске, так возникла команда из десятка надомниц, она боеспособна и сегодня, только взяла паузу из-за пандемии, закрывшей двери выставок.

Прочна нить Ариадны

В квартире дома на Анучина в Берёзовском, где наша героиня живет с мамой, за два последних горестных года накопились запасы удивительно нежной красоты. Полупрозрачные ягоды зеленого винограда с тонюсенькими прожилками, листья, обласканные летним ветром, ромашки, впитавшие в себя тепло солнца, «жаркой рябины горькая кисть». Вся эта флора существует в воздухе – без него композиций из ирландского кружева не бывает, иначе рисунок не будет читаться.

Надо сказать, что ирландское кружево изобрели давненько – в 1845 году. По легенде, придумали его моряки: скучая вдали по зеленым холмам милой Ирландии, они в часы досуга вязали цветочки и трилистники из нитей корабельных канатов… Другая легенда утверждает, что такие кружева еще в XV веке плели исключительно в монастырях. Так или иначе, но однажды молоденькая рукодельница придумала метод, который помог крючком убыстрить долгий процесс вязания и при этом получить оригинальную вариацию модного и очень дорогого брюссельского кружева (оно плелось на коклюшках или иглой). Если игольной техникой кусочек кружева делался, скажем, двести часов, точно такое же по размеру полотнище с крючком изготовлялось за двадцать. И еще: ирландские кружева не только повторяли изящество аналога, но и имели свою изюминку – узелки, в том числе, витые. Чтобы связать такое кружево, надо иметь под рукой нити разной толщины. Отдельные элементы – цветы, разнообразные листья, розетки – соединяются либо простым сшиванием (не лучший вариант), либо при помощи вязаной сетки. Но сначала на выкройку будущего изделия укладывают мотивы лицом вниз по сочиненной композиции. Затем цветочки и листики фиксируют булавками. И после этого их соединяют с помощью тоненькой сетки – фона.

Техника вязания сложная и трудоемкая, неспроста удивительное изящество ирландского кружева, редкий и самобытный рисунок заслужили признание во всем мире. Сегодня наиболее популярно вязание крючком из льняной, хлопковой или редко – из шелковой нити. Студия Ларисы Запара практикует хлопковую германского или индийского производства: срок жизни изделий из такой нити, убеждает наша мастерица, – 70 лет. Они не садятся и не линяют, поскольку предварительно каждый узор основательно пропаривается. Как и мелкие детали, которыми заполняется пространство.

Прежде такой шедевр был доступен лишь самым обеспеченным и изысканным леди. Богатые ирландские невесты выходили замуж с набитыми кружевами сундуками, что было ценнее домашней утвари, нескольких коров и небольшого стада овец. В наше время знаменитые свадебные платья принцессы Дианы и Кэтрин Миддлтон были украшены именно драгоценными ирландскими кружевами. Сегодня на подиумах безупречные кружева представлены не только в традиционно белом, но и иных цветах, даже черном. Эта тема близка Ларисе Геннадьевне.

– У меня развито образное мышление, люблю асимметрию, а еще – разнообразие красок. Даже сны всю жизнь вижу цветные. Мои коллеги обычно используют два-три цвета, я сочетаю до девяти, поскольку интересны не только пастельные тона, но и желто-рыже-красное буйство. На первой выставке в Питере мне сказали без обиняков: «У нас такое не носят! Здесь предпочитают серо-бело-голубое». Но я доказала, что покупателю тоже не хватает разнообразия гаммы: мои изделия тогда ушли на «ура», а солисты из фольклорного ансамбля заказали концертные рубашки.

Ее товар имеет спрос и потому, что выполняется точно по размерам и не только на идеальные фигуры. Вспомните: наша героиня – хорошая портниха. Потому объемные цветочки на кофтах не прибавляют лишних сантиметров даже обладательницам 58 размера. Ее постоянные заказчицы утверждают: одежда от Запара обязывает сделать макияж, сменить походку, в ней спотыкаясь не побежишь. Художница, с одной стороны, ориентируется на элегантных дам, с другой, сама из них создает яркие индивидуальности, понимая: кто не рискует, тот не в моде.

За время поездок Лариса Геннадьевна нарастила клиентуру, в ней есть известные имена. Но более всего ценит знакомство с такими же, как сама, белыми воронами – вышивальщиками, камнерезами, ювелирами. Подруга валяет тапочки из войлока, другая плетет салфетки, есть приятель, придумывающий авторские головные уборы.

– Кто-то многие годы посвящает одному и тому же промыслу, кто-то уходит со стези, меняет направления, но окончательно «зарыть» талант не получается ни у кого, – размышляет Лариса Запара. – В жизни так получается, что одна профессия кормит, а другую проносишь как любовь. Мне выпал извилистый, запутанный путь: не сразу поняла, что творчество – это мое. Редко профессия и хобби оказываются в одном флаконе. Но если талант заложен в человеке, он пробьется, как трава сквозь асфальт. Вот дочь не хочет даже пуговицу пришить, но какие ее лета…

Сама же Лариса Геннадьевна в 62 года в голубых мечтах: хочет научиться писать картины маслом, ткать гобелены, освоить гончарное дело. Мама Галина Ивановна в ужасе от этих планов: квартира и так превратилась в домашний музей с картинами из родонита, агата, яшмы, керамическими изделиями, старинным, обитым металлом, с двумя ручками, китайским сундуком, найденным в арт-салоне в Казани, угольными утюгами. Но знает: дочь не отступится от своих идей, ведь она может сшить платья из павловопосадских шалей или платков с сюжетами картин импрессионистов, отреставрировать приготовленную на выброс джинсовую куртку так, что все оборачиваются на улице, разглядывая красоту, созданную в технике «боро» – японской традиции нашивки заплаток. Старую одежду (винтаж на гребне волны) благодаря технике «синель» превращает в модный лук, и не поймешь, вельвет это или набивной материал из гобелена. Еще она любит мех, и отжившие свое кусочки лисы и ондатры соединяет в шикарный полушубок под северный этнос.

Талантливый человек талантлив во всем. А Запара из категории людей, которые слышат падающий лист и видят невесомую паутину. И это понимание природной гармонии воплощает в свои работы.

– Для изготовления ирландского кружева до сих пор не придумали никаких хитрых механизмов, хотя они умеют ткать гобелены, ковры и трикотажное полотно. Появившись, возможно, создадут конкуренцию по скорости, но не по содержанию. Кружева – это вдохновение, а машине оно недоступно. Пока приходится ездить с изделиями по ближним малым городам, но верю: вернутся большие выставки и столичные арт-салоны, и я к ним готова.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

41