Меню
16+

Газета "Берёзовский рабочий"

11.03.2019 10:37 Понедельник
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Вадим и Анна Бочкарёвы: любовь после сорока. Быть или не быть?

Автор: Ксения ТИМИНА, Сергей СТУКОВ

Святой ли Валентин, судьба ли или невиданная сила свели дороги этих двух замечательных людей – совсем не важно. Их история доказывает, что в любом возрасте, с любым багажом опыта за плечами – любовь есть. Страстная и одновременно терпеливая, безрассудная и безусловно ответственная. Герои рубрики «Без стука. Откровенное интервью» в преддверии неоднозначного, но определенно самого романтичного праздника в году – Дня Святого Валентина – пара Вадим и Анна Бочкарёвы.

Как Аня из продавщицы стала библиотекарем, почему она никогда не шутит, и как осталась в одном халате

– Аня, расскажи сначала о себе, пропускаем даму вперед!

– Родилась я в Свердловске. Роды у мамы принимала свекровь, моя бабушка, она была акушеркой. Училась я в 40-ой школе, закончила торговое училище. Много лет после училища проработала продавцом.

– А из продавцов в библиотекари как?

– Мечта детства.

– Хотела стать библиотекаршей?

– Такого слова нет (смеется).

– Сразу представляется эпизод. Анна за прилавком, заходит покупатель и просит «Девушка, дайте мне 300 грамм колбасы!». А Анна отвечает: «Позвольте, я лишь дочитаю Пушкина»…

– Действительно, книга всегда была в моей жизни. В первом классе я ходила в библиотечный кружок, потом в районную библиотеку. Все девчонки гуляли на улице с мальчиками, а я дома книжки по алфавиту расставляла. Выдавала своим игрушкам, так как маму с папой редко удавалось заманить в мою импровизированную библиотеку.

– Большая библиотека была в доме?

– Да, много книг было. Прочитаем и в макулатуру сдаем, как у всех тогда принято было, и снова покупаем.

– Сколько книг прочитано? Мне кажется, есть те, кто могут посчитать.

– Бесполезно считать, я каждый вечер читаю. У папы было много фантастики, он ее отовсюду добывал, делал подшивки. Фантастика и стала моим главным увлечением. Еще обожаю Дюма, перечитывала несколько раз трилогию про мушкетеров, «Королеву Марго», «Графиню де Монсоро». В детстве самым любимым писателем был Кир Булычев.

– Как судьба занесла в Берёзовский?

– Моя мама в один прекрасный день решила, что мы друг другу надоели и нам надо разъехаться. Потом она одна пожила год, решила, что ей скучно, и мы съехались обратно. В Берёзовском мы с 2006 года, купили квартиру в бараке на Театральной. Из всех пригородов Берёзовский был единственным, который мы знали. Еще в Екатеринбурге тогда было проблематично отдать ребенка в детский сад, а здесь такого не было. В 2008 году после Дня города барак сгорел.

– Поджигали?

– Была ночь, все люди отмечали День города. Нас соседка разбудила. Я схватила сумку с документами, в одном халате выбежала. Больше ничего не удалось спасти. Да, поджог, у меня даже где-то документы лежат, что приостановлено дело ввиду того, что не нашли виноватого…

– Компенсировали как-нибудь?

– Да, компенсировали.

– Где вы жили до того как дали квартиру?

– Мама жила в 9-метровой комнате на НБП в общежитии. Мы с дочкой жили в саду. В 2013 году нам дали квартиру по программе переселения в Шиловке.

– В 2006 году, когда переехала в Берёзовский, где работала?

– Еще не переехав, я фасовала новогодние подарки на Берёзовском тракте, где база «Листок» сейчас. Сестра туда устроила. Перед новым годом можно было хорошо заработать. Там все в основном местные трудились, березовские. Я познакомилась на фасовке с девчонкой, а у нее родственница работала в библиотеке. У меня глаза загорелись, как узнала. Вот так все и началось. Пошла работать в библиотеку. Для меня это было, будто домой вернулась. В 2007 году поступила в колледж культуры и искусств, закончила с красным дипломом. Затем снова на красный диплом, но уже в челябинской академии культуры и искусств окончила факультет «библиотечное дело».

– Донцову тоже читаешь?

– Донцова для поезда (смеется). Верхняя полка, книжка, семечки.

– Чем увлекаешься помимо чтения?

– Коллекционирую кружки, собираю пазлы по вечерам, декупажем занимаюсь.

– Терпеливый человек ты, наверное? А из себя часто выходишь?

– Практически никогда. Меня очень трудно вывести из себя, может тут знаки зодиака тоже накладывают свой отпечаток, по месяцу я – телец, а по году – бык.

– Упертая…

– Только если меня очень сильно взбесить. Был один случай, когда я вышла из себя. Работала тогда еще в торговле. Нас торопили открыть магазин к новому году. В кабинете спали, две недели не выходили из магазина, чтобы все успеть. А после нового года нам даже премии не дали! И тут я устроила грандиозный скандал. Я так орала впервые из-за денег. Обещали же. Они начали нам объяснять, что прибыли еще нет от магазина, еще какие-то доводы приводили. Но после этого инцидента директор меня боялся (улыбается).

– С мужем разводилась спокойно?

– Да. А зачем скандалить. Хватило. Предупреждаешь человека на протяжении нескольких лет: «Не пей! Не пей! Не пей!», а человек не прислушивается. По-хорошему договариваешься и ставишь условие: выпьешь – уйду. Он думал, что это шутки. А я просто собрала вещи и ушла с ребенком к маме.

Как Вадима помотало по свету, и о том, как можно заработать на прыжках с парашютом, инкассации и тушенке

– Перейдем к Вадиму? Где родился? Где пригодился?

– Родился в Свердловске, как и Аня. Но недавно посчитал и понял, что в Свердловске мало прожил. Отец был военным. Мы жили и в Костанае, дальше – Сысерть, Арамиль. Пять лет прожили в Германии, потом вернулись в Свердловск. Сначала пошел в Суворовское училище, потом поступил в Омское ВОКУ, где отучился 4 года. Выпустился лейтенантом, и первое назначение у меня было в Литву. Ушел туда командиром взвода, где служил до вывода войск до 1993 года. Оттуда попал на Дальний Восток, Спасск-Да́льний, что около Уссурийска. Дальний Восток очень красивый: тайга, леса, рыба, пушнина. Но представьте себе – 1993-95 годы…

– Только это и можно было добыть.

– Да, в принципе. Но про офицеров другая история. Денег не платили, но каждый месяц выдавали продпойки, которых хватало на два месяца. У меня всегда было 50 банок тушенки в запасе.

– Продавал их хоть? Чтобы сигареты купить.

– Кому? Нет, сигареты нам тоже выдавали. Мы что-то покупали сами: растительное масло, сливочное, макароны. С голоду никто не умирал, но все равно цивилизации никакой не было, сходить некуда. Все время проводили в военном гарнизоне. До города, как отсюда до Екатеринбурга, на старом автобусе пилить 40 минут-час.

– После этого, я надеюсь, ты уже попал в Берёзовский…

– В Орск, Оренбургская область (смеется). Великолепный гарнизон «Сокол», аэродром. К сожалению, в 1998 году гарнизон расформировали. Предложили должность на Дальнем Востоке, на что я сказал, что там уже был и по сокращению штата уволился.

– Закончил с «военкой»?

– Да, с хорошей статьей. В 1998 году там был разброд и шатания, поэтому ушел.

– Вернулся в Екатеринбург?

– Да, на Эльмаш, там квартира была.

– Женат уже был?

– Я уже развелся к тому времени. Жена была из Омска. Я еще курсантом женился, по молодости.

– Вернулся и….

– Начал работать на кировском оптовом рынке. У меня был контейнер, занимались оптовкой: фрукты, овощи, бакалея, консервы… Проработал два года в торговле и понял, что это не мое. Ушел в инкассацию в УБРиРе на целых 7 лет.

– Уже тогда дружил с видеокамерой?

– Свою первую видеокамеру купил в 1996 году в Орске. Тогда солдат в гарнизоне почти не было, и мы занимались тем, что прыгали с парашютом.

– Сколько прыжков?

– Не считал, но много. Официальных штук 10, неофициальных – гораздо больше. Потому что за прыжки платили деньги.

– Да?!

– Да, зарплату не платили, а прыжковые были постоянно. Я сначала снимал прыжки, потом сам стал и прыгать, и снимать.

– Подрабатывал? Свадьбы, корпоративны, поминки?

– Тогда нет. К видео меня привело увлечение фотографией. Отец работал в разведке, занимался тем, что фотографировал ФРГ, границы территории. У него была своя фотолаборатория. Мы закрывались с ним в ней – и на той же базе, где он распечатывал свои секретные снимки, там же делал снимки для семьи и друзей. У нас семейный альбом очень большой – с экскурсиями из Берлина, Дрездена, Потсдама.

– Когда заработал первый рубль за видеосъемку?

– В 2005 году. Денег, которые я зарабатывал на официальном трудоустройстве, катастрофически не хватало. Увидел объявление в газете, что требуется видеооператор в очень хорошую свадебную фирму. Кассету принес, они посмотрели, сказали «картинка качественная». Через два дня позвонили и говорят: «Принимайте заказ, в пятницу свадьба». А я же никогда не снимал свадьбы! «Там будет нормальный фотограф, он вам все подскажет». Фотограф был старше меня, мне 35, ему 40 с чем-то. «Чего ты мандражируешь? Как я фотокамеру поставил, ты также снимай». Тогда я и заработал свои первые деньги. Год поработал на эту фирму, понял, что могу работать самостоятельно. От клиентов отбоя не было. Меня друг другу передавали молодожены, одна пара женилась, другим советовали.

– Сколько свадеб снял?

– Около тысячи.

– Ничего себе!

– Это с 2005 года по 2012. Каждые выходные. А в 2013 году случайно зашел в «Квант», чтобы заплатить за квартиру, увидел объявление о поиске видеооператора. Переговорил с Анатолием Шабатневым, он тогда был и редактором, и оператором. Можно сказать, что я случайно оказался в нужном месте. Анатолий познакомил меня с Василием Константиновичем Тонкушиным. Вот так все начиналось.

Мне приснилось, что жить без этой женщины я не смогу

– Давайте перейдем к самому интересному. А как начиналось у вас двоих?

В: Познакомились на съемках, в библиотеке, я уже работал на Век ТВ.

– Вы сначала друг другу глазки строили или как?

В: (смеется) Да, сначала так и было. Я фильм снимал в «Современнике», а Анюта по подвалам бегала с Касаткиным.

А: Да! Это был один из фильмов к «Цветущему городу». Я как раз была в костюме репейника!

– Кто первым «искорнул»?

А: А как это узнать?

– Кто первым пригласил или что-то сказал, не связанное с работой.

А: Это было 12 октября.

– Вы не отмечаете 12 октября?

В: Теперь будем!

А: Я почему запомнила, потому что это было после фестиваля фейерверков.

А: 12 октября он мне пишет: «Я на крыше снимаю».

В: На крыше Театральной, 22.

А: И вот, слово за слово, мы просто стали переписываться.

– Про дела, про город или уже про личное?

А: Нет, только про дела и город, «мячи закидывали» друг другу. Потом он написал мне: «Давай встретимся?». И я ответила: «Давай!». Пригласил меня в гости.

– С ночевой?

А: Неееет.

В: Я очень люблю готовить, особенно мясные блюда. Приготовил кабачки с фаршем и сыром, угощал.

– Ты заценила?

А: Да, конечно.

– А сама любишь готовить?

А: Очень.

– Не деретесь за место у плиты?

А: Готовим мы по очереди, но если нужно суперское блюдо, то это к Вадиму.

– Но это же не любовь… после 40 полюбить невозможно...

В: Я сейчас расскажу, только вы не думайте, что это какой-то пафос, но я тоже задавался таким вопросом… В 2015 году мы поехали на природу, к моим друзьям, ночевали в палатках. Не посчитайте за чудака, но в трудные моменты моей жизни, не знаю, как это происходит, но мне снятся вещие сны. Один такой, который перевернул нашу жизнь, приснился в этой палатке. Снится, что мы с Анютой идем по торговому центру, и какие-то злые силы ее утаскивают от меня, а я ничего не могу сделать, и кричу ее имя во весь голос. Проснулся и понял, что без этой женщины, я жить не смогу.

– А ты без него?

А: Да ты чего, вообще никак. Мне вещие сны не снятся, но в какие-то периоды времени, мне даже объяснить сложно почему так происходит… Бывает ложишься спать, благодаришь кого-то там наверху, прошу за Вадима в первую очередь, потом за дочку, потом за маму. Подсознательно прошу в первую очередь за него. Благодаря таким моментам понимаю, что это любовь. И она есть. Любовь может быть в любом возрасте, может быть не только телесная, но и духовная. У нас и разногласия есть, но небольшие. Смотрим разные фильмы, но на глобальные вещи смотрим одинаково.

В: Оба мы очень спокойные, что я, что Анюта.

А: Любим отдых в палатке! Слушаем рок. Я даже была на концерте Цоя 13 мая 1989 года.

– А чего вы решили пожениться вдруг?

В: Я это почувствовал.

А: Было очень красивое предложение руки и сердца.

– В палатке?

А: Круче. 1 мая в Москве, на концерте группы KISS, на последних аккордах песни мне подарили коробочку с кольцом. И я сказала: «Конечно – да!».

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

158